Наверх

09.06.2021

Автор: Владимир ДЕМЧЕНКО

Фото: Иван МАКЕЕВ

Скульптор Владимир Суровцев: Я благодарен судьбе, что живу именно в эту эпоху

Мы поговорили с мастером, создавшим памятники для 19 стран мира, накануне его 70-летия

Сегодня, 9 июня, исполняется 70 лет народному художнику России, скульптору, лауреату Премии Правительства России Владимиру Суровцеву. Без преувеличения - это уникальный мастер. Он создал более 35 монументов и памятников, которые установлены в 19 странах мира. Французскими арт-критиками внесён в список 50 наиболее известных художников Европы. Его работы находятся в Государственной Третьяковской галерее, в частных коллекциях и музеях по всему миру.

А еще Владимир Суровцев – соавтор мемориала «Сопротивление», который должен быть установлен во французском городе Тиль на месте концлагеря «Эрувиль». Мемориал посвящен российским женщинам, которым удалось бежать из застенков и создать на французской земле первый и единственный женский партизанский отряд «Родина». Соавтором должна стать белорусский скульптор Элла Гришечкина.

Государственный секретарь Союзного государства Дмитрий Мезенцев намерен поддержать этот совместный российско-белорусский проект. Месяц назад Дмитрий Федорович приезжал в мастерскую художника в Москве, осмотрел его работы и узнал о планах (материал об этом и о будущем мемориале во Франции читайте здесь).

Накануне юбилея мы задали Владимиру Суровцеву несколько вопросов.

В образе Суворова

- Владимир Александрович, где мы застали Вас, как вы готовитесь ко встрече нового десятилетия вашей жизни?

- Вы знаете, готовиться совершенно некогда. Я сейчас в Крыму на съемках продолжения четвертого фильма «Гардемарины-1787. Мир». Его снимает известный российский режиссер Светлана Дружинина. Так вышло, что Светлана Сергеевна предложила сыграть роль Александра Васильевича Суворова, нашего великого полководца. И вот я здесь. Съемки будут идти до конца июля, так что и юбилей отметим здесь.

- Вы сказали, «так вышло». А как так вышло, что Суровцев стал Суворовым?

- Мою фамилию с детства иногда писали не Суровцев, а Суворовцев, так что, может, это не совсем совпадение (смеется)? На самом деле несколько лет назад мой друг, режиссер Михаил Матросов снимал фильм об истории России на основе моих памятников. Фильм  назывался «Патриот», мы объездили памятники в России, потом поехали в Европу.  И Светлана Дружинина пригласила Матросова с этим фильмом на фестиваль «Вече» в Великом Новгороде. Миша пригласил меня поехать, и там я со Светланой Сергеевной познакомился. Она тогда как раз завершала сценарий этой части «Гардемаринов». Чуть больше года назад она пригласила меня и неожиданно предложила сыграть Суворова. Я говорю: «Ну, какой из меня актер? Да я и не похож на Суворова, нос не такой». Надо сказать, что Александра Васильевича везде изображают с носом кверху, похожим на Буратино немножко. А Светлана Сергеевна говорит: «Это ошибка. У Суворова мама была армянка, и твой нос очень даже соответствует». Я потом специально посмотрел посмертную маску Суворова… Действительно, оказалось, что очень много общего. А по поводу актерского мастерства, Дружинина сказала так: «Все, что мне надо, я из тебя выжму». В общем, я согласился.

- И как вам в образе Суворова?

- Не скажу, что все просто. Это все-таки не любительское кино, а профессиональное. Мне очень повезло, что рядом со мной снимаются замечательные актеры Дмитрий Харатьян, Александр Домогаров, Олег Масленников и многие другие. Они очень сильно помогают мне. И мне кажется, что я постепенно втягиваюсь в съемки, начинаю понимать, что где нужно. И сам для себя открываю много полезного – и в плане творчества, и в плане нашей истории.

Вы знаете, тема Суворова меня всегда волновала. Когда я был в Швейцарии, то специально ездил на места знаменитого похода через Альпы, к Чертову мосту. Недавно был юбилей Александра Васильевича, было много выставок и презентаций, я на многих побывал. Кстати, как только меня утвердили на роль, ко мне обратились наши соотечественники, которые живут в Италии. Они попросили сделать бюст Суворова для Вероны, поскольку он освобождал северную часть Италии. Вот такое совпадение. Я сделал эскизы, их одобрили. Надеюсь, пандемия ослабит свои когти, и мы реализуем этот проект.

surovtsev-interview-2642.jpg

Визит в мастерскую Государственного секретаря Союзного государства Дмитрия Мезенцева

- И все-таки, юбилей будете праздновать?

- Проведу его на съемочной площадке. Можно было, конечно, отпроситься на день, провести юбилей здесь, позвать друзей и родных. Но, во-первых, съемки идут по графику, 9 числа я как раз должен сниматься. И мне показалось, что в этом для меня большое счастье - встретить юбилей с удивительными мастерами - замечательными актерами, со Светланой Сергеевной, с великим, я считаю, оператором Анатолием Михайловичем Мукасеем. Я считаю, что это один из знаковых подарков в моей судьбе.

- Если бы вам довелось выбирать, какую эпоху вы бы выбрали – ту, в которой живете, или ту, в которой снимаетесь?

- Хороший вопрос, попробую ответить немного иносказательно… Я очень люблю Грецию, часто бываю в этой стране. Я хожу по греческим музеям, восхищаюсь гениальными произведениями… Это ведь уникальные образцы 5-6 века до нашей эры. Или 2-3 века нашей эры. Но ведь греки тогда не знали, что они будут когда-нибудь древними греками. Они так же дышали воздухом, жили, творили. Так же и Суворов, так же и мы – наша эпоха когда-нибудь станет древностью. Пока не понятно, как ее будут называть и оценивать, но в чем фишка скульптуры – она как раз и есть связующее звено, средство передачи энергетики от нас к тем поколениям, которые придут следом. Как мы, наслаждаясь древними произведениями искусства, считываем дух ушедших эпох, так и потомки будут считывать дух нашего времени. И я благодарен судьбе, что живу именно в эту эпоху. Мне посчастливилось увидеть те богатства, которые создали мастера до нас. И будучи художником, я чувствую сопричастность к их творениям. Они для меня коллеги, а я – передаточное звено между ними и будущими творцами.

Впрочем, когда смотришь фильмы Светланы Сергеевны Дружининой, хочется пожить и в 18 веке.

- Когда планируете вернуться к скульптуре и над чем планируете работать?

- Как только съемки закончатся. Я надеюсь, мы вместе с сыном Данилой приступим к бюсту Александра Васильевича Суворова. А сейчас, буквально в эти дни, мы завершаем бюст Александра Невского, который будет установлен в Кантемировской дивизии. Я сделал эскиз, его утвердили. А сын, несмотря на большую занятость на другой важной работе, нашел возможность вылепить бюст Невского в самые краткие сроки и теперь завершает технологический цикл с мастерами - форматорами и литейщиками. Этот проект осуществляется по инициативе, под патронажем и при финансовом обеспечении Центрального казачьего войска. Для всех участников это не коммерческий, а благотворительный проект в поддержку связей общественности и Вооружённых Сил России.

Далекая и близкая война

- Какой подарок вы хотели бы получить к юбилею? И что бы хотели сказать почитателям вашего таланта?

- Вы знаете, вот в песне поется: в жизни раз бывает 18 лет. Но и 70 лет тоже бывает не часто. Это, конечно, не столько подведение итогов, но все же этап довольно серьезный. У меня есть долг перед ветеранами. Мне очень хочется в течение этого года установить мемориальный барельеф, посвященный параду Победы, на здание ГУМа. Как раз напротив Красной площади, где проходил парад. Вот это был бы лучший подарок. И памятник в Тиле. Надеюсь, с помощью Дмитрия Федоровича Мезенцева у нас там, во Франции, все сложится.

surovtsev-interview-3592.jpg

Памятник "Сопротивление" для французского Тиля

- В вашей мастерской мы видели копии множества ваших работ. Какие из них любимые?

- Я очень люблю памятник Барклаю-де-Толли, он сейчас стоит в Черняховске Калининградской области. А в Москве я очень люблю памятник, который мы сделали вместе с сыном. Это памятник Александру Твардовскому.

- А насколько большую роль в вашем творчестве играет тема Великой Отечественной войны?

- Войне посвящено примерно три четверти работ. А разве может быть иначе? Я все-таки принадлежу к первому послевоенному поколению. И отец у меня воевал, и два деда воевали, и один дядя погиб, и второй дядя воевал на Дальнем Востоке. Когда я был мальчишкой, мы играли в окопах – настоящих, полного профиля. Лазали по блиндажам, дотам и дзотам. Помню, пионерлагерь был в районе Дорохово – примерно там, где погибла Зоя Космодемьянская. Мы собирали гильзы, однажды нашли бомбу и притащили в лагерь…

Все учителя у нас были боевыми офицерами. Например, директор школы был командир танкового корпуса. Даже когда я в 1969 году пошел в армию, командир моей роты был участником войны. Нам, мальчишкам, тогда казалось, что война где-то там, далеко в прошлом. А она была совсем рядом.

Обратная волна

- Сейчас много говорят о том, что нужно больше рассказывать молодежи о войне. Насколько искусство может объяснить молодым ребятам весь ужаса и величие того, что произошло 80 лет назад?

- Вряд ли стоит отрицать, что нынешняя молодежь меньше читает, менее политизирована, чем мы в свое время. Мы были очень жестко идеологизированы. Пионеры, октябрята, комсомол… Я был членом партии 25 лет – говорю об этом без сожаления. Да, была такая эпоха, такая страна. Нынешним молодым людям в какой-то степени трудно. Чтобы с ними общаться, нужно каждый раз искать новую длину волны, пытаться войти с ними в резонанс. Примеры из истории, памятники и мемориалы в этом смысле очень важны. Ведь почему в США, когда началось вот это движение «жизни черных имеют значение», начали уничтожать в первую очередь памятники. Потому что им нужно, по возможности, убрать определенные исторические срезы.

У нас невероятно талантливая страна, у нас много мастеров – режиссеры, писатели, художники, театральные деятели... Нельзя забывать о том, что нужно донести до молодого поколения правду о войне. Наверное, не стоит долбить об этом целыми днями. Но и так, как сейчас, тоже нельзя: включаешь телевизор - а там одни сериалы о бандитах и ворах… Можно найти множество интересных тем, а не только копаться в криминальных разборках. Вот в Татарстане произошла трагедия, молодой парень расстрелял людей. Тоже наверняка есть влияние вот этой окружающей информационной среды.

Понятно, что ни один памятник, ни один фильм не перестроит психологию нации. Это может произойти только в совокупности факторов, только в поддержке и настройке хорошего художественного, эстетического фона. Здесь важно все, в том числе и экология и окружающее пространство. Вы посмотрите, как фантастически преобразилась Москва. Сколько бульваров, скверов, набережных, спортивных площадок. Все это, конечно, формирует новую нацию. Но и культура и искусство должны внести свой вклад.

 - А есть ли отклик со стороны молодежи, обратная связь на ваши военные работы?

- Вы знаете, бывает. Иногда звонят, пишут письма… Даже какие-то смски. Как правило, позитивные. Особенно когда по телевидению показывают какой-то мой памятник, идет реакция: видели, понравилось, настоящая художественная работа. Это очень приятно, когда идет такая обратная волна.