Курсы валют на 20.11.2018
RUR
BYN
31.37
USD
66.01
EUR
75.32
CNY
95.07
BYN
RUR (100)
3.19
USD
2.10
EUR
2.40
CNY
3.03
70-летию Великой Победы посвящается

18.03.2015 «Неуловимые» мстители: как партизаны отстояли Беларусь

Почти три года - начиная с весны 1942-го - бригада «Неуловимые» билась с оккупантами на территории Витебской области. Эта страница стала одной из самых героических в истории партизанского движения Беларуси.

12 крепких мужчин лежали на дне телег, укрывшись постельным бельем, на котором сидели дети. Повозки медленно продвигались вдоль длинной очереди по разбитой дороге в сторону контрольно-пропускного пункта фашистов у города Полоцк. Спешившиеся женщины и куча ребятишек на повозках не должны были вызвать подозрений. Мужчин ожидала важная встреча: комбрига «Неуловимых» ждали в небольшой деревушке сразу за Полоцком, в глубоком немецком тылу. Там для него хранилось важное донесение из Москвы, в котором говорилось, что «спасение 300 советских детей – приоритетная боевая задача», и на нее нельзя жалеть ни времени, ни сил. Это были ребята из детского дома в Быковщине: проходившие мимо эсэсовские патрули считали своим долгом хоть раз, да пальнуть по окнам, бросить гранату, а то и вовсе наведаться большой группой. Немцы отбирали все, что не удалось отобрать их предшественникам и насиловали детей прямо на их койках…


"Неуловимые", диктовка радиограммы в Москву, 1944

От обороны Москвы к защите Беларуси


В глухом белорусском подполье – что в сердце страны, под Минском, что на самых окраинах самой восточной части оккупированных немцами советских земель – партизанскую войну вели не только диверсанты-самоучки из числа местных жителей. Война, пусть даже и такая большая – дело профессионалов. Спецов-партизан набирали в элитных частях НКВД.

Такой была и судьба главы бригады «Неуловимые» - немцы в Беларуси дрожали при упоминании названия этого отряда. За годы оккупации в диверсиях «Неуловимых» погибли и были ранены 51 тысяча фашистов.

16 отрядов бригады – это больше 2000 партизан, еще 1000 оставалась в запасе. Всем руководил капитан Михаил Прудников. Его довоенная карьера – история совсем не мирная. После прохождения срочной службы во флоте он ушел добровольцем в погранвойска. В начале 30-х Прудников боролся с бандформированиями в Туркмении, а потом поехал учиться военному делу профессионально.


Члены партизанской бригады

Харьковское училище, Высшая пограничная школа в Москве – там он и встретил войну. Сразу после памятного ноябрьского парада 1941 года Прудников ушел защищать столицу, а следующей весной попросился в Беларусь. И тут его преследует граница. Он попадает в приграничные районы Витебской области.

Взрыв! – и вагоны летят под откос

Первые суровые, почти еще зимние месяцы после отправки в Беларусь оказались самыми тяжелыми. Спали едва не на снегу: в абсолютной тишине аккуратно отрывали ветки от деревьев и ставили их конусом на землю. Мерзли необычайно, еловые ветки давали мало огня и много дыма, который могли заметить немцы.

И тем не менее, мосты группа Прудникова взрывала десятками. Эту задачу перед партизанами поставил ЦК компартии Беларуси, и она была более важной, чем даже прямое уничтожение фашистских захватчиков. Ликвидация проложенного по мосту железнодорожного полотна – гарантия того, что немецкие войска получат технику и продовольствие с серьезной задержкой или не получат ее вовсе. В своей книге Прудников рассказывает не об одном подобном эпизоде. Всего же члены бригады подорвали больше сотни мостов и полтысячи (!) эшелонов.


Поезд, подорванный "Неуловимыми"

«Взрывчатки маловато — всего пять килограммов. Наши скудные запасы не позволяют тратить больше на одну цель.
Заложили заряд на балке. Протянули шнур. Подорвать мост и уйти? Этого, пожалуй, недостаточно. Хорошо бы заодно пустить под откос поезд.
…Послышался нарастающий стук колес. Из-за поворота вынырнула черная грудь паровоза. Чувствую, как сильно бьется сердце. Еще мгновение — и колеса паровоза прикоснутся к кромке моста. Даю сигнал.
Взрыв! Лязг и скрежет железа. Вагоны и платформы с танками, пушками, боеприпасами налезают друг на друга, переворачиваются, летят под откос. Автоматные очереди бойцов завершили дело»
.


Около спасенного детдома

Это был конец весны 1942-го, несколько месяцев в глубоком тылу позволили небольшой поначалу группе обрасти людьми. Они приходили и формировали все новые подразделения внутри бригады. Сначала 30 человек превратились в 100, потом в 300, к середине лета их было уже 800.

Симулировали, чтобы не воевать с партизанами

Уже в середине того года полоцкие оккупационные войска истерично телеграфировали в Берлин:

«Мелкие, разрозненные партизанские отряды превратились теперь в хорошо организованные боеспособные подразделения. Численность партизан … намного увеличилась. Партизаны своими налетами нарушают работу железнодорожного транспорта. Ежедневно на железных дорогах происходят взрывы».

Все бы ничего, вот только невесть откуда появлявшихся и непонятно куда отступавших после диверсий партизан начали побаиваться немецкие солдаты. Многие из них почти без боев прошли пол-Европы и, уже расквартировавшись в Беларуси, столкнулись с небывалым сопротивлением.

«В последнее время участились случаи симуляции и самокалечения солдат с целью избежать участия в боях против партизан и попасть в госпиталь. Симулянты и шкурники искусственно вызывают такие болезни, которые даже опытный врач далеко не всегда может отличить от настоящих», - говорится в перехваченном донесении местного армейского врача своему начальству.


Дети из спасенного детдома

Рядовые немецкой армии не гнушались ничем, вызывая у себя похожий на дизентерию понос (для этого симулянты ели сырой картофель и запивали его холодной водой); они втирали в кожу бензин, что приводило к образованию сыпи; пили в больших количествах соленую воду, прокалывали иголкой и проводили сквозь икроножные мышцы смоченные бензином нитки – от этого возникала опухоль как при заболеваниях почек; имитировали проблемы с сердцем, в больших количествах пережевывая русскую махорку, что вызывало кашель и боли в груди, как при стенокардии.

«Гитлеровцы развернулись… и вступили в схватку друг с другом»

К концу 1942-го о «Неуловимых» знала не только вся Беларусь. Слава партизан докатилась до Берлина, где высшее командование, обескураженное большими потерями в тихой и, казалось бы, покоренной Беларуси, приняло решение о начале полномасштабной карательной операции «Нюрнберг». В Полоцкий район направлены танки, авиация и тысячи немецких солдат. Их боевая задача – прочесать леса на севере Беларуси, сжечь подозрительные деревни, уничтожить всех партизан и расстрелять советских активистов, коммунистов или просто сочувствующих.


Михаил Прудников

Операция началась в декабре, и в декабре же встретила мощный отпор. «Неуловимые» не стали играть с неприятелем в «кошки-мышки»: даже в глубоком тылу врага партизаны встречали подступающие к Полоцку регулярные части соперника шквальным огнем. Вскоре они перерезали главную артерию снабжения гитлеровцев – железную дорогу Даугавпилс-Полоцк. Большое количество бойцов позволяло проводить одновременные атаки сразу с нескольких сторон. Немецкое командование было озадачено, а бойцы деморализованы.

Решающий удар «Неуловимые» нанесли в конце января 1943-го, об этом писал в послевоенные годы журналист и писатель Борис Скорбин, которому лично удалось встретиться с Прудниковым:

«Крупная карательная экспедиция, двигаясь в сторону Невеля, приближалась к месту расположения бригады. В это же время фашистское командование двинуло из Невеля в целях передислокации воинскую часть. Согласованной связи между двумя вражескими группами не было. Пользуясь этим, Прудников поспешил ночью преподнести карателям "сюрприз": ударил по воинской части, шедшей из Невеля. Гитлеровцы с обеих сторон немедленно развернулись в боевой порядок и... вступили в схватку друг с другом. А партизаны тем временем скрытно отошли».

Вскоре после этой неудачи каратели отступили. Операция «Нюрнберг» провалилась и этот провал стал предвестником будущих поражений фашистов в Беларуси. Но до освобождения Минска оставались еще долгие полтора года…

«Восемь суток полз Ваня по лесу»

В первые месяцы 1943-го бригада теряет десятки человек. Открытое противостояние с немцами не могло закончиться иначе, но мужества «Неуловимых» хватает на эту борьбу. Даже спустя многие годы после войны Прудников помнил каждого погибшего сослуживца, а в качестве примера отваги приводил историю партизана Ивана Салошенко. Он был ранен в бою, когда партизаны наткнулись на группу фашистов, которая превосходила их числом в несколько раз. «Неуловимые» дали бой, но затем отступили. Тяжело раненый в ногу Салошенко спрятался в кустах и потерял сознание. Отступавшие собратья не заметили его исчезновения.


Михаил Прудников

«Когда он пришел в себя, поблизости уже никого не было. Восемь суток полз Ваня по лесу. Потом его подобрали крестьяне и доставили в один из наших отрядов. Рана у Салошенко загноилась, и он находился в очень тяжелом состоянии», - вспоминает Прудников.
Раненых старались переправить за линию фронта. Многие, подлечившись, возвращались обратно, к комбригу Прудникову. Молодой парень Ваня не вернулся – ногу пришлось ампутировать.

Удар в сердце гестапо

Параллельно с противостоянием силам операции «Нюрнберг», «Неуловимые» начали готовить свой ответ. Он должен был быть симметричным, но если наступление армии пока невозможно, почему бы не провести диверсию, о которой будет говорить вся покоренная немцами часть Европы?

Мишенью выбрали Блестковскую школу гестапо.  Во время одной из операций узнали, что в больницу поступил ее курсант по фамилии Зотов. Когда-то свой, летчик, из числа переметнувшихся на сторону фашистов после пленения. Получивший многочисленные ожоги Зотов оказался один в один похож на члена бригады Прудникова, младшего лейтенанта Валентина Готвальда.

План созрел: выкрасть Зотова, а потом, притворившись им, приехать в гестаповскую школу и начать готовить диверсию. Плененный летчик отпираться не стал. Признался не только в предательстве, но и детально рассказал об обстановке внутри учебного заведения, и даже назвал лояльных советским властям служащих. Одним из них оказался местный оружейник. Войти в контакт с ним не составило труда. Нехитрым делом оказалось и доставить в академию большое количество взрывчатки и даже три противотанковые мины. Все это положили в обычный шкаф в канцелярии, а взрыватели соединили с ручкой на дверце. Теперь этот шкаф оставалось только открыть…

Весной 1943 года «Неуловимые» нанесли удар в самое сердце гестапо, о чем и телеграфировали в Москву:

«Утром 2 марта сего года Блестковская гестаповская школа взорвана. По имеющимся у нас сведениям, в момент взрыва там находился почти весь офицерско-преподавательский состав. Взрывом был убит заместитель начальника школы, штурмбаннфюрер Отто Кравец серьезно ранен. Полностью уничтожено административное здание вместе с радиостанцией, пострадали два жилых корпуса и гараж. С нашей стороны потерь не имеется».

Защищать детей до последнего патрона

12 крепких мужчин несколько часов прятались в телегах, накрытые бельем. В Полоцке Прудникова и его ближайших товарищей ждал приказ из Москвы: спасти три сотни советских детей из детского дома в Быковщине. Действовать надо было быстро. Ребятишкам нечего было есть, начался тиф. Пока могли – ходили и попрошайничали еду в соседних деревнях. Но потом всех старше 12 лет вывезли в Германию. Остались совсем маленькие дети.

После получения задания было принято решение: провести две одновременные операции. Группа Прудникова для отвлечения внимания фашистов атаковала райцентр Диена на территории современной Латвии. А отряд партизана Комлева сравнял с землей полицейский гарнизон в Быковщине, который не дождался подкрепления от немцев – все были увлечены боями в Диене.

Значительную часть детей удалось вывести в лес по неприкрытым теперь фашистами лесным тропам. Но некоторых пришлось оставить. Они совсем оголодали, многие были на грани жизни и смерти. Прудников принимает решение защищать детдом и держать оборону до последнего патрона. Не пришлось. Фашисты отбивать деревню не стали, а партизаны еще год, до самого освобождения Беларуси, кормили и выхаживали больных ребятишек… Эта история легла в основу фильма «Оленья охота», которую сняли на киностудии имени Горького в начале 80-х. Автором сценария стал сам Прудников.

***

В том числе и за эту операцию Михаил Прудников в сентябре 1943 года получит звание Героя Советского Союза. Будучи уже в звании подполковника. Незадолго до этого он покинул Беларусь и продолжил службу в органах безопасности Советского Союза. «Неуловимые» продолжали взрывать немецкие эшелоны и освобождать военнопленных до июля 1944-го, когда была освобождена от оккупантов почти вся страна. А легендарный комбриг, которого немцы прозвали «бородачом», еще много лет работал в органах безопасности и на короткий срок даже возглавил разведку пограничных войск.

Потом было звание генерал-майора, преподавательская работа, отставка, развал Союза... Самый неуловимый партизан Великой Отечественной умер в 1995 году, оставив после себя сотни страниц воспоминаний, среди которых особенно выделяется одно:

«Когда я пытаюсь осмыслить всю свою партизанскую жизнь, все боевые дела, совершенные бойцами бригады "Неуловимые" в тылу врага, то откровенно скажу, что самые дорогие воспоминания тех тревожных и неизгладимых из памяти лет, - это не сотни пущенных под откос поездов, не тысячи уничтоженных гитлеровцев, а те ребятишки, которым наши партизаны вернули жизнь, солнце, улыбку».

Вениамин Лыков

Уважаемые посетители сайта!

Если у вас есть интересные материалы, фотографии, документы, касающиеся тематики рубрики, вы можете присылать их на наш сайт.

Вы сможете поделиться с читателями своей информацией, мы же благодаря вам сделаем сайт интереснее, познавательнее, актуальнее.

Надеемся на сотрудничество, ждем ваших материалов.

Добавить материал

Яндекс.Метрика Яндекс.Метрика