Наверх

70-летию Великой Победы посвящается

Минское восстание 1942 года (Часть 2)

Среди подпольщиков было много кадровых офицеров, поэтому восстание готовилось тщательно и по всем правилам военного искусства. Координировал вооруженное восстание Военный совет партизанского движения. Подпольщики похищали оружие с немецких складов. Из опытных бойцов была создана штурмовая группа в несколько сотен человек…


Среди подпольщиков было очень много кадровых офицеров, поэтому восстание готовилось тщательно и по всем правилам военного искусства. Координировал вооруженное восстание Военный совет партизанского движения. Было установлено, что во дворе Политехнического института, в сараях немцы складировали захваченное советское оружие. И охрана там была чисто номинальна. Подпольщики стали понемногу похищать там оружие, винтовки, пулеметы, гранаты и патроны и через подземные коммуникации переносить на территорию лагерей.


Из опытных бойцов была создана штурмовая группа в несколько сотен человек. Восстание готовилось начать сразу в нескольких местах. Там, где располагались лагеря военнопленных – в Клиническом городке, заводе имени Октябрьской революции, Институте физкультуры, на территории сельскохозяйственной выставки.


Были составлены точные карты Минска и пригорода с указанием всех важных вражеских объектов. Также в разных местах были организованы склады оружия, для вооружения освобожденных заключенных. Была установлена связь с партизанскими отрядами, действовавшими в районе Минска.


Перерезав телефонную связь, восставшие планировали захватить комендатуру, здание комиссариата, полиции, штаб танковых войск, аэродром «Восток». Соответственно, ударной группой из трехсот человек захватывались лагеря военнопленных. После этого, группировка восстания увеличивалась до тридцати тысяч человек. Планировался и захват немецких танков.


Это был четко просчитанный, очень серьезный план действий. Который бы наверняка бы принес временный успех, о длительном, говорить сложно. Потому что руководители восстания недоучитывали обстановку на других фронтах и общую силу германской армии.


Выступление было намечено на 4 утра 4 января 1942 года. Однако план провалился. Предательство трудно прогнозировать и учитывать.


Минск2.jpg


Некий Борис Рудзянко, бывший шифровальщик одного из соединений Красной Армии в начале войны попал в плен. В сентябре попал в Минск. Он познакомился с медсестрой при немецком госпитале Ольгой Щербацевич, которая была связана с подпольем. Рискуя жизнью, она выводит его и группу офицеров к себе домой для переправки к партизанам. По пути в лес Рудзянко и сын Ольги четырнадцатилетний Володя Щербацевич были схвачены немецким патрулем. Рудзянко струсил и выдал Ольгу. Гестапо схватило Ольгу Щербацевич и всех ее родственников и знакомых. После чудовищных пыток их всех казнили. Повесили на разных улицах Минска.


Чтобы устрашить жителей города, повешенных не снимали с виселиц в течение нескольких дней. А дальше, Рудзенко становится штатным осведомителем-предателем. Уже по заданию немцев он под видом военнопленного отправляется в концентрационный лагерь. В лагере он входит в доверие к участникам подготовки восстания. Рудзенко узнает время начала восстания, расстановку сил, готовящихся к нападению на немцев.


Именно это и определило провал восстания. Произошла жестокая схватка между гоотвыми к ситуации немецкими войсками и восставшими. Большинство наших воинов было уничтожено сразу. Часть их была сожжена заживо в бараках по Логойскому тракту. Расправы над уцелевшими продолжались в течение всего января 1942 года. 18 января 1942 года на Советской и Пушкинской улицах при транспортировке из лагеря к товарной станции было убито свыше 1000 советских военнопленных. Трупы сотен погибших несколько дней умышленно не убирали с главной улицы города от парка культуры и отдыха до завода имени Мясникова. После того, как их все же убрали, они нескольких недель оставались сложенными в штабеля в парке им. Челюскинцев.


Особое участие в расстрелах и казнях восставших, подпольщиков и просто мирных граждан приняли литовские коллаборационисты из12-ого литовского полицейского батальона. Они выполняли самую грязную работу еще с октября 1941 года, когда прибыли в Минск. Дневник действий батальона сообщает, что «15-16 октября 1941 года две роты литовской охранной полиции произвели облаву в лагере для гражданских арестованных в Минске, ликвидировав 625 коммунистов. А 18 октября 1941 г. в результате облавы в лагере арестованных гражданских лиц в Минске и ликвидировано еще 1150 коммунистов». А уже во время подавления восстания изверги развернулись во всю. За время пребывания 12-го батальона в Минске с октября 1941 по март 1942 года ими были уничтожены тысячи гражданских лиц и более 9 тысяч военнопленных. Есть протоколы допроса одного из карателей, которые ужасают своей обыденностью:


«...В 1941 году осенью, точной даты не помню, мне пришлось участвовать при повешении советских партизан в Минске... Командир батальона Импулявичюс повел батальон в центр Минска к тюрьме. Подойдя к тюрьме, командир через А. Гецевечюса переговорил с немецкими офицерами, так как Гецевичюс знал немецкий язык. После этого Гецевичюс передал командирам рот, чтобы они выстроили солдат по кругу площади возле тюрьмы... Гецевичюс назначил солдат, которые будут вешать. Среди них были: Варнас, Шимонис и я, Книтримас, Вепраускас и Ненис. Мы должны были накинуть петли на обреченных. Насколько помню, в городском саду повесили четверых - трех мужчин и одну женщину. Петли накидывали Шимонис и Варнас. В городском саду вешали в двух местах по два человека. В одном месте обреченный упал, так как развязалась веревка. Я поднял этого мужчину и поддержал, пока Варнас прикрепил веревку.,. Перед казнью давали пить всем. Водку выдавал Гецевичюс, который, видимо, получал ее для этих целей. Кроме этого, других арестованных вешали в других местах г. Минска, но кто вешал, я не видел, только знаю, что солдаты нашего батальона. От Гецевичюса я узнал, что были повешены советские партизаны. Было казнено более 8 человек. Казнью руководил Гецевичюс, командира роты Кямзуры во время казни я не видел...».


Минск1.jpg


Немцы были ошеломлены и напуганы масштабами предполагавшегося восстания. Они не ожидали, что заключенные, в лагерях могут составить такой тщательно продуманный план. И они реально были очень близки к его исполнению. Немецкое командование даже объявляет Минск на «осадном положении» с 5 по 15 января 1942 года. И это при том, что столица Белоруссии к этому времени уже давно находилась в глубоком тылу немецких войск.


Степень паники хватившей оккупантов четко вида в одном очень интересном документе. Это приказ № 33 по комендатуре охраняемых областей Белоруссии (707-я охранная пехотная дивизия), изданный 5 января 1942 года:


«В конце декабря в Минске удалось арестовать руководителей восстания, которое было разработано до мелочей. Были схвачены 15 руководителей и штурмовая группа в количестве 300 чел. В настоящее время аресты продолжаются и число арестованных растет. Обнаруженный материал и карты дали ясное представление о том, что руководство восстанием отдало приказ атаковать здания комендатуры охраняемой области «Белоруссия», охранной полиции, областного комиссариата, танковые казармы, восточный аэродром, военный лазарет № 1, политехникум, все лагеря военнопленных, завод им. Ворошилова и т. д.

В обнаруженных складах оружия было найдено более 400 винтовок, некоторое число пулеметов, а также много ручных гранат. Все это было хорошо спрятано в подземных коммуникациях теплотрасс. Местные власти придерживаются той точки зрения, что, если бы восстание вспыхнуло, оно удалось бы на все 100 проц.


Нужно еще добавить, что руководство восстанием в течение 23 дней вело радиопереговоры с Москвой и Ленинградом и оттуда получило инструкции. На территории, восточнее Минска, была расположена партизанская группа численностью около 700 чел., которая должна была штурмовать танковые казармы. Кроме того, Москва обещала поддержку посредством парашютно-десантных частей. В целом число вооруженных лиц насчитывало около 2500 чел. После освобождения военнопленных это число возросло бы приблизительно на 10 000 чел.


На территории южнее и юго-восточнее Минска расположено еще некоторое количество партизанских групп. Ни одна из этих групп не насчитывает более 80 человек».


Несмотря на провал восстания и жесточайшие пытки наших бойцов и публичные казни, больше предателей не нашлось. И подпольный комитет города Минска, Военный совет партизанского движения продолжили свою работу. Однако теперь, конечно, наши патриоты уже не ставили задачи по вооруженному восстанию, сосредоточившись на партизанской борьбе. Но подвиг сотен и тысяч советских воинов, рискнувших в лагерях поднять восстание, останется в народной памяти навсегда.


Владимир Казаков