Курсы валют на 28.05.2018
RUR
BYN
30.84
USD
61.67
EUR
72.12
CNY
96.51
BYN
RUR (100)
3.24
USD
2.00
EUR
2.34
CNY
3.13
70-летию Великой Победы посвящается

30.03.2014 Минское восстание 1942 года (Часть 1)

Уже через три дня после начала Великой Отечественной войны, 25 июня 1941 года в Минском регионе развернулись ожесточенные бои. Вглубь территории СССР через белорусскую столицу прорывалась огромная немецкая группировка. На четыре советские стрелковые дивизии 64-ю и 108-ю дивизии 44-го корпуса В.А. Юшкевича и 161-ю и 100-ю дивизии 2-го корпуса А.Н. Ермакова, наступали две танковые и одна моторизованная дивизия 3-й танковой группы с северо-запада и две дивизии 2-й танковой группы с юго-запада.

26 июня немцы заняли Молодечно, Воложин и Радошковичи. 7-я немецкая танковая дивизия обошла Минск с севера и направилась к Борисову. В ночь на 27 июня ее передовой отряд занял Смолевичи на шоссе Минск — Москва.

Попытка врага с ходу прорвать оборону частей, защищающих Минск, провалилась. Встретив упорное сопротивление, повернули в обход столицы Белоруссии, намереваясь зайти с северо-востока. Силы были неравные. Мужественно оборонявшиеся войска 13-й армии не смогли удержать столицу Белоруссии. 28 июня части немецкой 20-й танковой дивизии, ворвались с северо-запада в Минск. Бои продолжались на улицах горящего города, однако к утру 29 июня все было кончено. Многие советские подразделения были окружены, продолжая героическое сопротивление под Новогрудком и Минском. Лишенные снабжения части Красной Армии оказались в котле и ожесточенно сражались еще почти две недели.

В сводке германского верховного командования от 11 июля 1941 года сообщалось, что в результате большого двойного сражения за Белосток и Минск было взято в плен 328898 человек. Тысячи из этих пленных, прежде всего раненные, были убиты сразу. Сейчас хорошо известен кошмарный приказ генерала Гудериана, в котором говорилось, что «с раненными русскими нечего возиться – их надо просто приканчивать на месте». Остальные десятки и сотни тысяч наших воинов испытали на себе ужасы немецких концентрационных лагерей.

Трудно передать тот ужас, который ожидал советских военнопленных. В Масюковщине, на окраине Минска, немцы создали концлагерь «шталаг-352» с 22 его филиалами в городе. Сохранилось свидетельства чудом выживших заключенных.

«В Минске оккупанты организовали первый концлагерь, куда сгоняли как военнопленных, так и всех показавшихся подозрительными гражданских лиц в возрасте от 15 до 50 лет. Почти 150 тысяч человек были загнаны на столь небольшую территорию, что едва могли шевелиться, и отправляли естественные потребности там, где стояли. Еду им не давали. Единственным стремлением людей, жившим без пищи по 6 – 8 дней было достать что-нибудь съестное. Каждое утро к лагерю протягивались длинные очереди – это жители Минска несли заключенным еду. Но на всех её не хватало. При малейшем подозрении или просто для развлечения немецкая охрана открывала огонь на поражение; трупы лежали среди умирающих от голода людей».

Спасенный из концлагеря подпольщиками бывший военнопленный И.К. Кабушкин писал:

«В Минске есть парк культуры и отдыха, напротив него в недостроенных постройках находится лагерь военнопленных. Их там избивали, морили голодом, даже воды не давали досыта, и результат – за 6 месяцев прошлого года 18 тысяч человек было брошено в ямы друг на друга…».

В пересыльных лагерях айнзатцкоманды СД проводили так называемый «отбор военнопленных», в ходе которых все подозрительные и непокорные подвергались «экзекуциям», заключавшимся преимущественно в их расстреле. Инструкция от 17 июля 1941 года гласила:

«Начальники оперативных групп под свою ответственность решают вопросы об экзекуции, дают соответствующие указания зондеркомандам. Для проведения установленных данными директивами мер командам надлежит требовать от руководства лагерей выдачи им пленных. Верховным командованием армии дано указание командирам об удовлетворении подобных требований. Экзекуции должны проводиться незаметно, в удобных местах и, во всяком случае, не в самом лагере или в непосредственной близости от него. Необходимо следить за непосредственным и правильным погребением трупов».

Minsk1.jpg

Сохранилось описание участия рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера во время инспекционной поездки в Минск в одной из таких экзекуций, проводившейся под началом командира айнзатцгруппы «В» бригаденфюрера Артура Небе:

«После того, как Гиммлер и Небе обсудили насущные дела, настало время развлечений. Гиммлер еще ни разу не видел, как производится массовая акция; зная об этом Небе приказал расстрелять сотню военнопленных. Утром следующего дня Гиммлер, Небе и генерал полиции фон-дем Бах-Залевски выехали за город; на их глазах эсэсовцы подвели к свежевырытому рву пленных, среди которых находились две женщины. Пленных расстреливали; по мере того, как число трупов во рву увеличивалось, Гиммлер все заметнее проявлял беспокойство. Наконец нервы у шефа СС не выдержали, его вырвало. Когда рейхсфюрер пришел в себя, генерал фон-дем Бах-Залевски, наблюдавший за тем, как эсэсовцы достреливают пленных, не преминул воспользоваться удобным случаем и указал, что после проведения таких акций люди «полностью выдыхаются».

Войскам вермахта перед вступлением на территорию СССР зачитывался указ от 13 мая 1941 года «О введении военного судопроизводства и особых действиях войск», согласно которому «В отношении населенных пунктов, в которых вооруженные силы подверглись коварному или предательскому нападению, должны быть немедленно применены распоряжением офицера массовые насильственные меры, если обстоятельства не позволяют быстро установить конкретных виновников».

Главнокомандующий германской армией Вильгельм Кейтель в своем распоряжении от 16 сентября 1941 года предписывал: «Для того чтобы подавить сопротивление в зародыше при первом же его проявлении, необходимо употребить жестокие средства, чтобы поддержать авторитет оккупационной власти и избежать дальнейших нападений. При этом необходимо учитывать, что ни одна человеческая жизнь на захваченной территории ничего не значит. Как возмездие за одну жизнь немецкого солдата можно казнить смертью 50 – 100 коммунистов. Это должно запугать население». 7 декабря 1941 года Кейтель подписал еще один приказ, известный как «Nacht und nebel» («Мрак и туман»), согласно которому «лица, представляющие угрозу для безопасности Рейха, должны бесследно исчезнуть во мраке и тумане».

В Дроздах, в пригороде столицы Белоруссии, концлагере содержалось одновременно до 100 тысяч человек. Об условиях содержания в этом лагере 10 июля 1941 года министериальный советник Дорш докладывал рейхслейтеру Розенбергу:

«Пленные, согнанные в это тесное пространство, едва могут шевелится и вынуждены отправлять естественные надобности там, где стоят… По отношению к пленным единственно возможный язык слабой охраны, сутками несущей бессменную службу, это огнестрельное оружие, которое она беспощадно применяет…».

Свидетели зафиксировали случай, когда пленным, изнуренным многодневным голодом и жаждой, немцы разрешили напиться из реки Свислочь. Заключенные бросились к берегу, и в это время охрана открыла по ним пулеметный и автоматный огонь. Горы трупов еще много дней лежали потом на жаре.

Зверские расправы оккупантов над военнопленными и гражданскими лицами пробуждали чувство активного протеста и сопротивления. В Минске стали возникать группы сопротивления. В основном, их костяком были не успевшие эвакуироваться советские партийные и комсомольские работники. Уже 8 июля 1941 года бывшими работниками республиканской конторы «Нефтесбыт» И.П. Казинцом и К.Д. Григорьевым была создана первая подпольная организация. Группу под руководством бывшего начальника паровозного депо Ф. Кузнецова возникла и среди железнодорожников. Объединялись в подпольные группы студенты и преподаватели Минского юридического института, а также жители района Комаровки и других минских кварталов. Уже к концу 1941 года в городе и его окрестностях действовало до 50 подпольных групп и организаций. Они распространяли листовки, спасали из концлагерей командиров и политработников Красной Армии, собирали оружие для будущих партизанских отрядов, готовили диверсии на железных дорогах и предприятиях.

Вскоре подпольные организации начали работу по объединению своих усилий и 15 декабря на первом организационном заседании избрали свой руководящий центр – «Дополнительный партийный комитет» (сокр. – доппартком) в составе 3 членов. Секретарем доппарткома был избран инженер-нефтяник Исай Павлович Казинец. К 25 декабря под руководством центра действовало 12 партийных звеньев и 6 комсомольских групп. Поскольку до жителей Минска дошли известия о контрнаступлении Красной Армии под Москвой, перед подпольщиками ставилась задача, усилив партизанские отряды кадровыми офицерами, поднять восстание и ударить по врагу с тыла.

«Силами партизанской армии,- предлагал Исай Казинец, - мы должны очистить путь для Красной Армии от Борисова до Минска и далее – до Барановичей, чтобы она прошла через столицу Белоруссии триумфальным маршем».

По мнению руководителей минского подполья, восстание могло иметь успех, поскольку при наступлении Красной Армии возникли бы паника в немецких оккупационных частях.

Владимир Казаков

Продолжение следует

Уважаемые посетители сайта!

Если у вас есть интересные материалы, фотографии, документы, касающиеся тематики рубрики, вы можете присылать их на наш сайт.

Вы сможете поделиться с читателями своей информацией, мы же благодаря вам сделаем сайт интереснее, познавательнее, актуальнее.

Надеемся на сотрудничество, ждем ваших материалов.

Добавить материал

Яндекс.Метрика