Наверх
Путешествия

21.02.2019

Автор: Александр Аннин

Себеж и Верхнедвинск: родство гербов, укладов, истории

Между российским Себежем и белорусским Верхнедвинском – чуть больше семидесяти километров по прямой. А дорога между этими древними торговыми городами испокон веков была именно прямой – «как стрела». И еще был этот путь наезженным в любое время года. Общались по-свойски, говорили на одном наречии. И хотя формально города эти (а также одноименные районы) стали побратимами совсем недавно, в нынешнем столетии, но историческая память жителей Себежа и Верхнедвинска – общая, родственная.

Взять, к примеру, самый красивый православный храм Верхнедвинска – Никольский. Он построен в 1819 году, в память о победе над Наполеоном, на средства себежских купцов, торговавших на берегах Двины. Ведь оба этих городка тогдашней российской империи пережили нашествие «двунадесяти языков», как именовали наши предки французскую армию. 

А в прошлом году, ранней осенью, в день праздника Крестовоздвижения в Верхнедвинске был водружен Поклонный крест над рекой – изготовили его себежские мастера. Так что, можно сказать, крест у этих городов-побратимов – общий.

Ловись, рыбка

С точки зрения туриста, и Себеж, и Верхнедвинск привлекательны своей опрятностью, чудом сохранившимся в них обликом купеческих улочек, живучими древними промыслами. И, конечно же, раздольной природой: тут тебе реки и озера, заповедные леса и бескрайние поля.  

Себеж – один из самых красивых малых городов России, особенно - в весенне-летний период, конечно. Расположенный на вытянутом мысе, вдающемся в бескрайнее озеро, он издавна славится рыбалкой. Кстати, в XVIII-XIX веках и даже еще в начале ХХ-го рыбная ловля была главным источником дохода себежан. 

Помимо вяленых карасей, "хитом продаж", как ни странно, были ерши. Ведь даже самая богатая «тройная» уха – стерляжья, осетровая – невозможна, согласно классическому рецепту, без «участия» ершей – с них-то, «сопливых», самый навар… Где брали ершей для лучших ресторанов и трактиров Питера и Белокаменной? В Себеже. Дело в том, что больше нигде на Руси не сыщутся такие крупные, мясистые экземпляры, как в Себежском озере. Двухсотграммовый ерш – не редкость здесь и сегодня. Так что – снасти в багажник, и – вперед, в Себеж! Не только за ершами, конечно. Ловится рыбка и посолиднее.
2.jpg

Себеж издавна славится рыбалкой


За свою многовековую историю Себеж успел побывать и в составе Речи Посполитой, и в Российской Империи, а в 1919 году оказался в Псковской области. Сейчас здесь меньше шести тысяч жителей. Главная и самая почетная профессия среди нынешних себежан – таможенник. Ведь совсем рядом, в паре километров – граница с Латвией. Поэтому в городке можно встретить выходцев из разных мест бывшего СССР, окончивших когда-то таможенные училища. Вот, например, пенсионерка Людмила – уроженка Кингисеппа, откуда вместе с мужем-таможенником перебралась сюда. И очень довольна: свой домик с черепичной крышей, просторный огород, а главное – мирная, спокойная жизнь в очень благоустроенном, милом сердцу местечке. «Дети, правда, повзрослели и уехали за счастьем в Питер, ведь в Себеже с высшим образованием и устройством на работу – не очень», - говорит Людмила.

Она и ее знакомые любят ходить на прогулку к памятнику знатному земляку, уроженцу Себежа - народному артисту СССР, фронтовику Зиновию Гердту. Он родился здесь в 1916 году и всю жизнь на вопрос: откуда, мол, родом? – отвечал примерно одно и то же: «Мне повезло, я из небесного места на земле – я из Себежа!». В сентябре 2011 года, к 95-летию Зиновия Ефимовича, открыли в Себеже дивный памятник артисту: скульптурный Гердт вольготно привалился к большому камню, и с тех пор кое-кто нет-нет - да и дерзнет подсесть рядом: говорят, это хорошая примета - вселяет надежду на успех в жизни, счастливую карьеру.

Печать Гедимина

Гербы Себежа и его побратима Верхнедвинска на удивление схожи. Впрочем, причем здесь какое-то удивление? Ведь история обоих местечек связана с династией Гедиминовичей, которые на Руси почитались вторыми после Рюриковичей, а сами себя, конечно, величали равными по знатности с московскими правителями. Вот у них-то, у Гедиминовичей, и был с древних времен герб, именуемый «Погоня»: рыцарь в тяжелых доспехах скачет на коне с мечом в руке.

Когда, в 70-х годах XVIII столетия, Екатерина II присваивала российским селениям городской статус и утверждала гербы новоиспеченных городов, себежский гедиминовский рыцарь оказался на синем фоне, а верхнедвинский – на желтом. Правда, в те далекие годы белорусский городок именовался по-другому – Дрисса, согласно прозванию впадающей в этом месте в Западную Двину реки. Но в 1962 году кому-то в высшем руководстве страны показалось, что это слово – неблагозвучное. Вот и заменили на Верхнедвинск, хотя, если разобраться, город стоит не в верхнем, а в среднем течении Западной Двины.

В средневековой «Хронике Польской, Литовской, Жемотейской и всей Руси» есть любопытное свидетельство о тогдашнем Верхнедвинске-Дриссе. Автор утверждает, что в ходе распрей между наследниками Ольгерда Великого его старший сын Андрей (тот самый, что участвовал в Куликовской битве, а в старости погиб вместе со многими русскими и литовскими князьями в битве против татар на Ворскле) – так вот, этот самый Андрей Ольгердович, бывший тогда последним из князей Полоцких, враждовал со своим сводным братом Ягайло. И, не будучи в силах окончательно одолеть свирепого родственника, просто назло ему сжег дотла свой собственный Дриссенский укрепленный замок… Такие были нравы в то время. 
        
Не обошел вниманием большое торговое место Дриссу и знаменитый дипломат и путешественник Сигизмунд фон Герберштейн. В своих «Записках о Московии» (начало XVI века) он пишет, что ехал зимой по заледенелой Двине в Полоцк. И останавливался в Дриссе. Надо сказать, Герберштейн, отличающийся довольно критическим и даже язвительным стилем повествования, не нашел ничего, к чему можно было бы придраться в городке при впадении Дриссы в Двину. 
    
Что сохранилось с тех далеких времен в современном Верхнедвинске? Разумеется, немногое: войны, революции, да и попросту – время, сделали свое разрушительное дело. И все-таки… Чувствуется, честное слово, в этих местах незримое присутствие смутных образов героических предков нынешних верхнедвинцев. На месте разрушенных лихолетьем храмов воздвигнуты новые, не менее величественные – уже упоминавшаяся Никольская церковь (начало XIX века, классицизм) и католический костел Рождества Девы Марии (середина XIX века, готика).
3.jpg

Вид на город Верхнедвинск


И, конечно же, навевает воспоминания о древних князьях неизменный, до тонкостей сохранившийся вкус (и послевкусие) знаменитого дриссенского сыра. Попробуйте разные сорта, не пожалеете. Есть, кстати, и «Ольгерд» («Альгерд» по-белорусски). 

У здешних фирменных сыров, изготавливаемых на Верхнедвинском маслосыродельном заводе, общий бренд, общее название: «Ян Сыродел». Этот самый Сыродел производит порядка тридцати сортов сыров, некоторые сертифицированы в Европе. Это так, для сведения. В общем, есть чем полакомиться на берегу Двины (и Дриссы). Между прочим, еще во времена, описываемые Львом Толстым в его романе «Война и мир», гусары и уланы любили заесть тонкие вина здешним сыром. Эти места известны историкам благодаря попыткам россиян противопоставить валу наполеоновского нашествия укрепленный «Дрисский лагерь». Он был устроен в преддверии войны 1812 года в излучине реки. Лагерь и артиллерийская батарея должны были сдержать неприятеля с фронта после отступления основных сил русской армии. Описание этих военных обсуждений присутствует на страницах «Войны и мира». Но силы Наполеона имели столь великое превосходство, что русские части почли за благо покинуть лагерь без боя. 

Сегодня в Верхнедвинске – без малого семь с половиной тысяч жителей. Город – практически ровесник своего побратима Себежа: его возникновение датируется 1386 годом, когда он входил в состав Полоцкого княжества (большая часть – в современной Беларуси). Ну, а теперь это – райцентр в Витебской области.
Здесь есть и «Памятник реке» - так в народе называют огромный якорь, установленный над Двиной. Увы, годы берут свое, реки на всей планете сильно обмелели за минувший век. Двина в этом районе также стала малосудоходной. То ли дело – прежде, во времена Гедиминовичей! Но память жива, она хранится, в частности, в залах местного краеведческого музея. Там турист может узнать немало любопытного из времен былинных, княжеских.
      
Сквозь пожары и лихолетье

Ну, а в Себеже самым привлекательным для любого путешественника был и остается Себежский Национальный парк. Он раскинулся на территории в полсотни гектаров и объединяет так называемое «Межозерье» - водные системы Себежского озера, озера Ороно, Осыно, Нечерица. Вообще, Себежский район – край озерный, здесь насчитали порядка трехсот шестидесяти озер и озерков! А какие тут стоят леса… Любо-дорого для грибников и ягодников. Парк называют уникальным природным оазисом, где дышится на удивление легко, ведь воздух – целебный. Неслучайно эти места облюбовали для жительства более двухсот видов птиц, в том числе – редких. Здесь встречаются около 650 различных растений (есть и краснокнижные). Отдыхающие могут встретить даже лису или лося.

Это — уникальный естественный оазис, без сомненья. Леса просто изобилуют ягодами и грибами. И – домами отдыха для туристов, рыбаков, грибников, любителей поснимать красоты себежской природы. 
3.jpg

Себежский Национальный парк


А мне, увидевшему заснеженный Себеж, приглянулись его старинные улочки: Пролетарская, которая ничуть не похожа на рабочие кварталы – недаром при царе она носила имя Петра Великого и строилась как главное место променада. 

Сохранились Замковая, Нижняя, Песчанка – с их двухэтажными домами позапрошлого века. Слева – озеро, справа – озеро… Красотища. Идешь по главной улице – и вот она, отреставрированная колокольня православного собора в честь Рождества Христова (снесен коммунистами в 1932 году. Дальше – мыс, что возвышается на 16 метров над водой. Здесь стоял при Петре I укрепленный Ивангород-на-Себеже, поныне сохранились части древних укреплений. 

А Троицкий костел, что стоит во всей красе, заложил в XVI веке король Сигизмунд, и спустя столетие, после пожара, заново отстроил в камне магнат Радзивилл. Пожары, к сожалению, не щадили Себеж и в последующие века. Так, лютый огненный вихрь пронесся здесь 29 мая 1885 года, он дотла выжег всю центральную часть города, в том числе – деревянный особнячок, где квартировал Петр I, а через сто лет – Александр I. Так что сохранившиеся дореволюционные дома построены в конце XIX – начале ХХ века. 

Само название города Себеж овеяно легендой. Местные жители говорят, что давным-давно пришел на берег озера крестьянин со своими сыновьями. Понравились им эти места, и стал отец раздавать наделы отпрыскам. Его спросили: «А себе?» - «Себе ж возьму вот этот мыс», - ответил крестьянин. Так возник Себеж.
Есть и другие версии возникновения названия города, но все они связаны со словом «себе». 

Позволю и я «себе ж» предложить свой вариант происхождения имени города. Вспоминается небольшой городок Бежецк в Тверской области, чье название заключает в «себе» корень «беж» - тот же, что в Себеже. Бежали в те края тверские, глухие, от полчищ татарских - вот оно как было-то на самом деле. Может, и сюда, на берега нынешнего Себежского озера, тоже бежали беженцы от кого-то страшного? Как вам такая версия? «Се-беж» - «сюда бежали». 
 
А первое письменное упоминание о Себеже датировано 1414 годом и, кстати, связано с Дриссой (нынешним Верхнедвинском). Правда, отмечены печальные для жителей события: «В 1414 году великий князь литовский Витовт из Дриссы двинулся с войском против псковитян и, подойдя к Псковскому пригороду Себежу, взял его и сжег, а сам двинулся далее». Что ж, в очередной раз покиваем на лютые нравы того времени… А вот летописное свидетельство, датированное 1535 годом: «По приказу князя Ивана Шуйского на берегу озера было начато сооружение деревянной крепости. Того же лета июня двадцать шестого князь Великий Иван (Грозный, которому от роду было всего-то пять годков – Ред.) повелел воеводам своим князю Горбатому да Михаилу Кубенскому с силами, и поставили город за Опочкой на озере Себеж, Иван-город на Себеже».

С тех пор город пытались взять штурмом то немцы, то ливонцы, то шведы. Иногда это удавалось, но чаще – нет. Выдержали в 1536 себежане и осаду польско-литовских войск.

Пожалуй, самая печальная страница в истории Себежа и Верхнедвинска (тогда – Дриссы) – период немецко-фашистской оккупации. Многие общественные постройки в братских городах были уничтожены. А главное трагическое воспоминание – февральская операция 1943 года, названная гитлеровцами «Зимнее волшебство», когда между Себежем и Дриссой была прочерчена полоса отчуждения шириной сорок километров. Внутри этой полосы были сожжены сотни деревень, убиты тысячи мирных жителей (по некоторым данным, до 20 тысяч человек), десятки тысяч угнаны в концлагеря и на принудительные работы в Германию. Причина зверств – активные действия партизан в этом районе.    

Сегодня о тех событиях напоминает «Мемориальный комплекс жертвам фашизма, сожженным селам, воинам-освободителям и землякам», воздвигнутый в Верхнедвинске в 1977 году. Он расположен в тихом живописном месте, где можно молча почтить память невинно убиенных жителей белорусских и российских деревень.