Наверх

«Благородный разбойник» Дубровский – белорус? (Рубрика "Культура")

Все образованные люди, еще со школьной скамьи, знают одного из самых ярких героев А.С. Пушкина – Владимира Дубровского, который пережил несправедливость и стал предводителем шайки разбойников, вершащей праведный суд. Но не все знают, что у «благородного мстителя» был реальный прототип. Белорусский шляхтич Павел Островский.

Все мало-мальски образованные люди страны еще со школьной скамьи знают одного из самых ярких героев А.С. Пушкина – Владимира Дубровского, основного действующего лица одноименной повести. Это молодой человек, переживший несправедливость и несчастную любовь, становится предводителем шайки разбойников, вершащей праведный суд и наказывающей «плохих» помещиков. Про этого романтического героя было снято масса кинофильмов, поставлено множество спектаклей. Однако не все знают, что у «благородного мстителя» был реальный прототип. Белорусский шляхтич Павел Островский. Однако обо всем по порядку.

В сентябре 1832 года Пушкин приезжает в Москву и, как обычно, останавливается у своего друга Павла Воиновича Нащокина. Все литературоведы и исследователи творчества Пушкина единодушно считают именно Нащокина самым близким другом поэта в последние годы жизни. Это был типичный московский, бесшабашный и хлебосольный барин. Обладая миллионным состоянием, он умудрялся потратить все и нередко пребывал в крайней нужде. Потом очередной родственник помирал и Павел Воинович опять жил на широкую ногу. Он не отказывал никому в просьбах о взаимопомощи. Как писали современники, только дворовая собака в будке не занимала у Нащокина. В период безденежья, доходило до того, что сам занимал у собственной кухарки. Он много помогал молодым художникам, покупая у них все ученические этюды, оплачивал долги Пушкина и Гоголя. Он действительно был очень близким другом Пушкина. Именно он горячо поддержал женитьбу поэта, мало того, лично заказал ему свадебный фрак, в котором позже и хоронили Александра Сергеевича. Нащокин был крестником дочери Пушкина, а Пушкин крестил внебрачную Павла Воиновича.

 

Портрет Нащокина работы Карла Мазера

«Для нас с мужем приезд поэта был величайшим праздником и торжеством, - вспоминала Вера Александровна Нащокина, жена Павла Воиновича. - В нашей семье он положительно был родной. Я как сейчас помню те счастливые часы, которые мы проводили втроем в бесконечных беседах, сидя вечером у меня в комнате на турецком диване, поджавши под себя ноги. Я помещалась обыкновенно посередине, по обеим сторонам муж и Пушкин в своем красном архалуке с зелеными клеточками. Я помню частые возгласы поэта: «Как я рад, что я у вас! Я здесь в своей родной семье!».

Вот и на этот раз в сентябре 1832 года во время одной из таких посиделок Нащокин рассказывает Пушкину о мелкопоместном белорусском дворянине Павле Островском, доведенном до нищеты и разорения богатым соседом-помещиком. Тот затеял против Островского суд, выиграл процесс и выгнал Островского из его родового имения. Оставшись с крестьянами, Островский стал грабить на дорогах помещиков и судейских.

Эта история заинтересовала Пушкина и по возвращению в Петербург, он начинает писать роман «Островский». Именно так первоначально называлось произведение. Первая часть была создана за две надели.

Из письма Пушкина П. В. Нащокину от 2 декабря 1832 года: «... честь имею тебе объявить, что первый том «Островского» кончен и на днях прислан будет в Москву на твое рассмотрение…»

Итак, первоначально «Дубровский» был именно «Островский». Но откуда сам Нащокин узнал про Островского? В советский литературовед Н. Н. Бельчанинов установил, что у отца П. В. Нащокина было имение в Себежском уезде Витебской губернии. И до 1860 года этим имением владела младшая сестра Павла Войновича. Понятно, что Нащокин узнал о существовании дворянина-разбойника только от своих родственников. Что же еще известно об Островском? В свое время, другой филолог, Н. Степунин, работая в Центральном государственном историческом архиве Белорусской ССР, узнал множество интересных фактов о Павле Островском.

Его родина - белорусское село Рованичи Минской губернии. У предков было крохотное имение всего из двадцати крестьянских душ. Оно находилось в девяти верста от города Дисны и называлось Оржехневичи (или Островщизна). Далее мы попытаемся сопоставлять биографию реального человека и знаменитого героя пушкинской повести.

Усадьба в селе Рованичи, на Родине Павла Островского

В двадцать два года Островский лишился этого имения. Дубровский в 23 года. В пожаре наполеоновских войн документы на имение сгорели. Вспомним, что в повести у старика Дубровского, отца Владимира, тоже сгорели все бумаги на право владения им Кистеневкой, что позволило Троекурову легко выиграть процесс. После того как Павел Островский лишился имения, он стал числиться, как «мятежник». Видимо, молодой, горячий шляхтич был как-то связан с регулярно недовольными поляками. Об этом сообщал могилевский губернатор М. Н. Муравьев начальнику военных поселений Клеймихелю. О «неусыпных наблюдениях» за Островским регулярно сообщалось в свою очередь и минскому губернатору. Из архивных материалов известно, что до ареста Островский был учителем у помещика Помарнацкого. В имении этого помещика и, по всей видимости, не без его участия и был взят он под стражу. В черновых набросках Пушкина Дубровского тоже арестовывают по доносу. Исправник, узнав о том, кто скрывается в имении Троекурова под именем Дефоржа, приезжает, чтобы схватить его.

Далее, в октябре 1831 года вместе с участниками польского восстания он под стражей был отправлен сначала в Витебск, а затем в Псков. Воспользовавшись случаем, Островский перепилил на ногах цепи и бежал. Из рапорта полковника Жуковского витебскому генерал-губернатору Н. Н. Хованскому от 26 марта 1832 года:

«Содержащийся в г. Пскове в числе военнопленных польских и литовских мятежников уроженец Минской губернии Игуменского повета местечка Рованичи шляхтич Павел Островский, коему от роду 22 года, сего месяца марта 12-го числа неизвестно куда отлучился».

Бюрократическое «неизвестно куда отлучился» попросту означало «бежал». Его долго и безуспешно разыскивали по всей Белоруссии и на Витебщине. Дальнейшая судьба Павла Островского неизвестна. Как и дальнейшая судьба пушкинского героя в повести. Но белорусский дворянин Островский жаждущий справедливости навечно остался в русской, а значит и мировой литературе под имеем Дубровского.

Друг поэта Павел Нащокин подарил ему героя. Чуть позже он заказал два одинаковых золотых колечка с бирюзовыми камешками для себя и своего друга. Как он уверял, это были талисманы, предохраняющие от насильственной смерти. Отправляясь на Чёрную речку, Пушкин колечко оставил дома. В день дуэли, по воспоминаниям жены Нащокина произошло странное событие:

«Вечером в этот день у меня внизу сидели гости. Павел Воинович был у себя наверху, в кабинете. Вдруг он входит ко мне в гостиную, и я вижу, на нем, что называется, лица нет. Это меня встревожило, и я обратилась к нему с вопросом: что случилось? «Каково это! - ответил мой муж. - Я сейчас слышал голос Пушкина. Я слегка задремал на диване у себя в кабинете и вдруг явственно слышу шаги и голос: «Нащокин дома?» Я вскочил и бросился к нему навстречу. Но передо мной никого не оказалось. Я вышел в переднюю и спрашиваю камердинера: «Модест, меня Пушкин спрашивал?» Тот, удивленный, отвечает, что, кроме его, никого не было в передней и никто не приходил. Я уж опросил всю прислугу. Все отвечают, что не видели Пушкина». «Это не к добру, - заключил Павел Воинович. - С Пушкиным приключилось что-нибудь дурное!»

Портрет Пушкина работы Карла Мазера в архалуке.

После смерти Александра Сергеевича В. Жуковский прислал Нащокину  в память о друге серебряные часы поэта, его красный с зелеными клеточками архалук, или, иными словами, стеганый полукафтан, посмертную маску и бумажник с локоном пушкинских волос. В память о друге Павел Воинович заказал модному в те времена художнику К. Мазеру портрет Александра Сергеевича, для которого сам позировал в любимом пушкинском архалуке. В том самом, в котором Пушкин сиживал у него в кабинете, слушая историю о белорусском шляхтиче Островском.

Владимир Казаков

Фото с сайтов ru.wikipedia.org и www. ravanichy.by